Нецифровая экономика

Доктор, почему у вас такие холодные руки? Дайте человеку скальпель — и ему понадобятся годы, чтобы стать хирургом. Дайте скальпель искусственному интеллекту… Стоп, что? Клод, наш дорогой Клод, добрался до мышиного мозга: по рассказу главы Exin Therapeutics, агент впервые выбрал экспериментальную терапию против эпилепсии и сам ввёл её живой мыши. За экспериментом стоят три нейробиолога с подготовкой в Оксфорде. Сооснователь и гендиректор Габриэль Оканья-Сантеро защитил там диссертацию по фармакологии. Их Exin основана в 2024 году, прошла Y Combinator и разрабатывает лечение неврологических заболеваний: агенты анализируют исследования и предлагают эксперименты, а собственная лаборатория в Маниле проверяет гипотезы. Но до операционного оборудования агента ещё не допускали. Теперь ему дали таблицу с 19 вариантами генной терапии и установку с камерой. Агент выбрал вмешательство и область мозга, рассчитал координаты по трём статьям и ввёл 0,00025 мл препарата, проверяя изображение на признаки кровотечения. Со скальпелем мы, правда, погорячились: череп вскрывал и разрез зашивал хирург. Ветеринар одобрял необратимые действия и держал кнопку аварийной остановки. На должность хирурга согласился Sonnet 5. Opus 5.5 отказался сразу, а Opus 5 — после репетиции: опасался, что ограничения оборвут его работу посреди операции. Sonnet тоже проявил характер. Когда сбой калибровки дал недопустимую команду движения, агент отказался повторять попытку вопреки уговорам человека. Оканья-Сантеро признаёт: модель была права, пришлось исправлять код. Мышь, по его словам, восстановилась после операции. Стало ли меньше приступов, пока не сообщается. @anti_agi

#нецифрадня

Рыцари над монетой Если бы хронисты, описывающие подвиги первых крестоносцев, знали бы о Гомере, то они наверняка назвали бы Танкреда Тарентского неукротимым Ахиллесом, а Готфрида Бульонского — непреклонным Агамемноном. Но вот Гуго де Пейна сравнить было бы не с кем: ну нет у Гомера кандидатов на роль «незаметного героя» 🤷‍♂️. Рыцарю Гуго было 19, и был он нищ настолько, что у них с товарищем была одна лошадь на двоих. Жить ему было негде, и один монастырь приютил его с другими такими же нищими рыцарями в обмен на защиту — как от сарацин, так и от других охотников до чужого добра. Там Гуго и решил посвятить себя Христу, не снимая меча. Так в 1119-м году появился Орден Храмовников, или Тамплиеров, который Папа Римский признал и, что важно, даровал освобождение от налогов и пошлин. Тамплиеры — воины, слава об их подвигах многих приводит в Орден, но очень быстро рыцари-храмовники проявляют себя и как искусные финансисты и управленцы. У рыцарского ордена не только своя армия, но и свой суд, своя казна. Их монастыри — это крепости с мощными стенами, где несет стражу искушенное в воинском деле братство. Именно туда охотно отдают на сбережение имущество, и их храмы становятся банковскими сейфами. Освобожденные от поборов, плату за услугу братья берут скромную, что добавляет «сейфам» популярности. Тамплиерам поступают на хранение и деньги самых знатных особ Европы, даже казна Англии и Франции хранится у них.  Орден дает в долг всем, кто едет в Святую землю (и ехать, и помогать паломникам — богоугодно). Но тамплиеры чрезвычайно осторожны: требуют залог, который покрывал бы займ. Кроме того, их подушка безопасности — штрафы и проценты по кредиту. С процентом сложно: ростовщичество в христианстве запрещено. Чтобы избежать отлучения, при кредитовании стороны лукавят, объясняя разницу между кредитом и возвратом «разницей в курсах». Инструментом лукавства были и штрафы за невозврат: договариваясь о сроке возврата денег, стороны на бумаге указывали более близкий срок и штраф заменял проценты. С возвратом денег боевики в рясах не шутили: как известно, божье слово и меч действуют эффективнее, чем просто божье слово, и должников примерно наказывали. В начале XII века орден занялся трастовыми операциями, беря на себя управление имуществом рыцарей, отправляющихся в крестовые походы или паломничество. Их бизнес-процессы отстроены, учет произведенного и хранимого налажен, честность несомненна. Нечестных наказывают: в Англии тамплиер Хокстон, собирая десятину для короля, немножко оставлял себе. Король-то его простил, а вот магистр — нет. О суровом наказании стало известно всем клиентам тамплиеров.  Орден занят строительством и охраной дорог и устроенные на перекрестках комтурии становятся банковской сетью. Девять тысяч точек (!) позволяют храмовникам заняться безналом — теперь вместо опасной и дорогой перевозки денег можно путешествовать с кусочком пергамента, где указана депонированная сумма, подтвержденная отпечатком пальца владельца. С конца XII века Орден становится финансовой империей с доходом больше, чем у французской короны или папского престола. Все монархи и епископства — их должники. Занимаешь, как известно чужие, а отдаешь — свои. Поэтому высокопоставленные должники Ордена единодушны: он должен быть уничтожен, а его имущество конфисковано. Наложить лапу на сокровища тамплиеров хотят и папа Бонифаций VIII и король Франции Филипп IV. Король оказывается проворнее, устраняя соперника (так начинается «авиньонское пленение» пап). Храмовников судят по выдуманным обвинениям в сатанизме, под пытками некоторые рыцари оговаривают себя и своих товарищей, и тамплиеров, включая Магистра, спешно сжигают на кострах. Король, правда, получает в десятки раз меньше того, о чем мечтал: то ли слухи о несметных богатствах были преувеличены, то ли что-то удалось скрыть. Зато кредитное дело получило новый, опыт: большинством придуманных тамплиерами операций мы пользуемся и по сей день. #ключевыерешения — новый проект @antidigital и @ivanovdirect Книгу по мотивам предыдущего проекта #техноистории можно заказать здесь!